Президент Фонда «Сколково» Виктор Вексельберг в ходе своего интервью «Ленте. ру» и сайту i-Russia.ru рассказал об основных направлениях деятельности инновационного центра, о том, как российским компаниям попасть в проект и о том, что «Сколково» — навсегда.Он отметил, что, несмотря на активное участие в проекте различных государственных институтов, «Сколково» — это не совсем государственный проект в обычном понимании. «Существенная роль государства не означает, что Фонд скопирует многочисленные сложные процедуры принятия решений, свойственные некоторым госучреждениям, и по сути станет этаким “министерством инноваций”. Я всё-таки бизнесмен по своей натуре и остаюсь им. Проект направлен на то, чтобы создать в “Сколково” особую, благоприятную для инновационного бизнеса среду, привнести в нее свободу предпринимательской деятельности, — заявил Президент Фонда. — Только в случае, если нам удастся создать такую среду, “размножая” этот опыт, наверное, мы сможем дать какой-то толчок к тому, чтобы те проблемы, которые у нас сегодня существуют в этом секторе (в первую очередь, проблемы, связанные с трансфером наших инновационных идей и их реализации на рынке, созданием конечных продуктов) будут решены. Тогда мы сможем соответствовать тому уровню, на который сегодня должна претендовать российская экономика».Вексельберг добавил, что «все понимают: проект может оказаться успешным и достигнуть заявленных целей только в том случае, если он будет реализовываться с учётом, в первую очередь, интересов рынка. Он должен работать в рынок, должен продвигать идеи, новые предложения только в рынок. То есть он не должен замкнуться на какие-то некоммерциализуемые академические исследования или производство технологий, не востребованных потребителями».Президент Фонда чётко обозначил, что при выборе проектов для поддержки приоритет будет отдаваться небольшим и начинающим компаниям: «Мы не собираемся давать преференции крупным компаниям, это не наша задача, наша задача — поддерживать и развивать новые инновационные направления. Если в недрах крупной компании зреет какая-то идея, а они не до конца уверены, что эта идея может быть реализована успешно, они приходят к нам и говорят: “Вы готовы с нами поучаствовать в этой истории?” Мы говорим: “OК, готовы”. Они должны выделить из себя отдельный стартап, юридическое лицо, которое будет заниматься только этим проектом. Если этот стартап проходит по тем требованиям, которые мы предъявляем, то тогда мы будем готовы соинвестировать в этот проект и именно этому стартапу дать право пользоваться теми преимуществами, которые дает проект».«Мы заинтересованы в том, чтобы никто не остался неуслышанным, — подчеркнул Вексельберг. — Очень многих людей останавливают бюрократизированные процессы. Может, он и умный парень, у него бы что-то получилось, но ему так не хочется обивать пороги, куда-то ходить, что-то доказывать и отстаивать (причём даже не свою идею как научную мысль, а просто своё право её реализовать). Может, он боится именно процедурных вопросов, требований написания бизнес-плана или регистрации компании. Вот это всё мы должны взять на себя».Отвечая на вопрос о том, будет ли «Сколково» существовать сто лет, Президент Фонда ответил: «Почему сто лет? Forever».Полный текст интервью вы можете прочитать на нашем сайте по этой ссылке.